November 21st, 2009

кино, киноклуб, документальное

После просмотра












Фильмы Елены Ласкари произвели впечатление на зрителей. И вовсе не жестокими сценами на мясокомбинате (фильм "Четвертая корова"), чего опасалась режиссёр, а, как обобщила киновед Ирина Николаевна, "глубоким философским проникновением в тему". Фильм "Портрет "под мухой" - о детском поэте и художнике Олеге Григорьеве, - послужил темой для разговора о "таких людях", которые страшной ценой платят за своё творчество, за непохожесть и неумение приспособиться к обычной, нормальной жизни.



кино, киноклуб, документальное

Один из фильмов Ильи Копалина о деревне

Дорогие друзья!

В среду 25 ноября в 19-00  мы вновь приглашаем Вас в Московский клуб документального кино «Окно в Россию. Связь времён» в кинотеатре «Художественный».

Будет показан архивный документальный фильм 1930 года заслуженного русского кинорежиссера документального кино, одного из основоположников советской кинодокументалистики Ильи Петровича Копалина

«Деревня»

(75 мин., 1930 г.)

Об успешном развитии сельского хозяйства и расцвете деревенской жизни на основе создания колхозов.

Фильм построен на документальном материале, записанном в обычных условиях деревни. Съемки производились в колхозе «Обновленный труд», Московская область.

Фильмы Ильи Копалина мы уже показывали в прошедших сезонах: «Москва» (совместно с М. Кауфманом, 1926 г.) и «Разгром немецких войск под Москвой» (совместно с Л. Варламовым, 1942 г., получил первого в СССР «Оскара»).


Илья Копалин (1900 – 12.06.1976) в кинематографе с 1925 года, входил в группу "киноков", являлся учеником Дзиги Вертова.

«Лучшие свои работы конца 20-х — начала 30-х годов Копалин посвятил деревне. И не только потому, что, крестьянский сын, он лучше всего знал и чувствовал деревенский материал. А главным образом потому, что русская деревня переживала тогда сложнейший революционный период своей жизни — коллективизацию.

В фильмах «За урожай» (1929), «Обновленный труд» (1930), «Один из многих» (1930) Копалин и его оператор, Зотов стремились показать узость, ограниченность, бесперспективность индивидуального хозяйствования и победоносность и неизбежность коллективизма. 

…Снимать было трудно. Один громоздкий аппарат, скрипучая телега да тощая лошаденка — транспорт. Недоверие, а порой и враждебность крестьян.

В начале 30-х годов в кино пришел звук. Копалин не колеблясь принял новое могучее выразительное средство — звучащее слово. Он понял его идейные, агитационные возможности. Намерение Копалина снять звуковой фильм о коллективизации многими расценивалось как дерзость. Громоздкая и несовершенная техника позволяла снимать звук лишь в павильонах или специально оборудованных помещениях. Как же ехать с этой техникой в деревню, с ее бездорожьем, недостатком электроэнергии?

Его первый звуковой фильм «Один из многих» рассказал о жизни одного из рядовых колхозов. Рассказал обстоятельно, подробно и о трудностях, и о достижениях, и о труде на полях, и о быте — о клубе, о детских яслях.

Верный принципу документализма, Копалин решительно отверг модные в то время приемы имитации звуков, звукоподражания. Титанические усилия были потрачены на то, чтобы записать реальные звучания жизни: шум мотора, плеск весел на реке, лязг кос на косовице, смех и плач детей в яслях, песню работающих в поле людей. И, несмотря на отказы аппарата, на вторжение ненужных шумов, на несинхронность и другие бедствия, задача была выполнена. Реальные звуки деревенской жизни ворвались на экран.

…Когда-то рядом с Вертовым и Кауфманом сдержанная, «незаметная» манера Копалина могла показаться неяркой, информационной. Но именно желание режиссера не щеголять своим мастерством, не любоваться своими приемами, а стремиться к правдивому, полному и достоверному выражению типических черт действительности сделало фильмы Копалина долгоживущими, придало им растущую с каждым днем ценность исторических документов». (Юренев Р. Илья Копалин // Летописцы нашего времени. Режиссеры документального кино. М., 1987).

После просмотра –обсуждение фильма с сопредседателем клуба – Ириной Николаевной Гращенковой.

25 ноября, Малый зал к/т «Художественный» (пл. Арбатские ворота, д. 14, м. «Арбатская»).

Начало в 19-00!

Стоимость билета – 50 рублей.

 


Более подробную информацию  можно получить: 8-915-155-47-64 (Мила Космочевская).


Дополнительная информация об авторе:

Илья Петрович КОПАЛИН (1900 – 12.06.1976) – заслуженный русский кинорежиссер документального кино, один из основоположников советской кинодокументалистики, руководитель фронтовыми киногруппами в годы Великой Отечественной войны, народный артист СССР (1968 г.), режиссёр первого советского фильма, получившего «Оскара» («Разгром немецко-фашистских войск под Москвой», 1942 г.), долгое время преподавал во ВГИКЕ.

 КОПАЛИН И. [О работе кинорежиссера] // Как я стал режиссером: сб. М., 1946. Фрагмент:

 «Мое первое знакомство с документальным кино началось с участия в съемках фильма о жизни и быте пионерского лагеря и комсомольской организации села. […]

Увлекали интересные рассказы кинодокументалистов; необычным, новым и передовым казалось их стремление фиксировать подлинную жизнь села во всех ее проявлениях, чтобы при помощи монтажа перенести на экран правду о нашей советской действительности. […]

Знакомство закончилось созданием деревенского кружка «киноразведчиков». Я стал во главе этого кружка.

С этого момента началась моя прочная связь с «киноками», которые отрицали игровой кинематограф и боролись за развитие документальной кинематографии.

Подвал на Тверской, дом 24, где помещалось тогда «Культкино» и где была база документалистов, стал для меня родным домом. Сюда я ездил из подмосковной деревни, чтобы принять участие в обсуждении новой «Кино-правды», послушать споры на очередной дискуссии о документализме, чтобы посмотреть новый киножурнал. Именно здесь, в подвале «Культкино», я увидел произведение, которое убедило меня в огромной будущности документального кино, это была «Ленинская Кино-Правда» Дзиги Вертова. […]

В феврале 1925 года я начал свою работу в кино в качестве «киноразведчика». Сейчас это звучит наивно и несколько непонятно; тогда это было (по крайней мере для меня) значительно и вполне определенно. Я должен был разведывать материал для документальных съемок, определять его значимость и кинематографический интерес и организовывать съемки этого материала. Так работал я, собирая материал для очередных номеров «Кино-Правды», для больших фильмов Дзиги Вертова «Шагай, Совет», «Шестая часть мира» и др.

Сейчас, вспоминая пройденный путь, я вижу, что эта работа была крайне полезной и даже необходимой для молодого человека, начинающего работать в кинематографии.

Непосредственное участие во всех производственных и творческих процессах под руководством опытного и острого режиссера Дзиги Вертова, съемки рука об руку с блестящим оператором Михаилом Кауфманом дали мне большой опыт. Я начал уже работать режиссером-монтажером киножурналов. Это совпало по времени с организацией первой периодической хроники — «Союзкиножурнала». […]

Я снимал с операторами Кауфманом, Зотовым, Беляковым и Лембергом и самостоятельно монтировал первые шесть номеров журнала.

В 1927 году мне была поручена первая большая постановка: документальный фильм о сельской кооперации — «На подъеме». Затем шли фильмы «Праздник миллионов», о десятилетии Великой Октябрьской социалистической революции, «Весенняя путина» и др.

Однако подлинным началом моей режиссерской биографии я считаю фильм «За урожай», сделанный в 1929 году. […]

Я надолго ухожу исключительно в сельскую тематику. Ей посвящена первая моя звуковая картина «Один из многих».

Тоска по звуку! Желание обогатить зрительные образы, сделать их максимально жизненными, стремление передать с экрана и шорох травы, и пение птиц, и звон режущей косы, — вот то, что запомнилось с детства! В моем воображении возникала гамма звуковых и зрительных образов, которые хотелось одновременно перенести на экран. Поэтому первым желанием было вытащить звуковой аппарат из стен павильона на улицу, на натуру, фиксировать звуки, существующие в природе.

Это был 1930—1931 год. Картина «Один из многих» рассказывала о жизни колхоза. Говоря об этой картине, я всегда в первую очередь вспоминаю о звуке, ибо самые необычные, самые сложные и, может быть, отчасти незнакомые звуки были зафиксированы в этом фильме.

Мы ставили аппарат на колхозных лугах, чтобы записать звук косы, режущей траву.

Мы ставили аппарат на полях, чтобы фиксировать песню колхозниц, идущих на работу.

Мы ставили аппарат в лодку, чтобы запечатлеть плеск воды или песню, плывущую над рекой.

Мы ставили аппарат в детских яслях, и с экрана плакали и смеялись дети.

Это было так ново, так необычно, что даже сейчас, когда звуковое кино уже вышло из своего младенческого состояния, когда звуковая аппаратура стала более портативной, когда усовершенствован микрофон, даже сейчас мне кажется, что использование звукового кино в хроникально-документальном фильме далеко отстало от того, что было достигнуто нами на заре его существования.» Подробнее 

 Воспоминания учеников И.П. Копалина 

 Илья Копалин. Операторский фронт. Лекция во ВГИКе, 15 марта 1958 года

 Стенограмма заседания кафедры режиссуры, 1955 г. (Публикация, предисловие и комментарии В.Левитовой) Фрагмент:

«КОПАЛИН: …Сегодня, когда я шел, я не знал, куда я попал-в пивную или в учебное заведение: крик, шум-что угодно.

Мы знаем, что наша интеллигенция формируется не только на том, что они проходят книжные науки, но для нас огромное значение имеет воспитательная работа. Вы знаете, что сейчас очень неблагополучно обстоит дело с молодежью в плане хулиганства, разврата. Мы должны очень серьезно над этим вопросом задуматься, потому что это начинается со школьной скамьи, продолжается в стенах таких институтов, как наш, и затем это идет в жизнь.

…Что касается программы и подготовки режиссеров документального кино…

Товарищи, надо прямо сказать: когда мы говорим о широком профиле подготовки режиссеров, то до сих пор мы такого широкого профиля в нашем институте не готовили. Мы выпускали невежественных режиссеров, потому что когда мы на дипломах определяли, что этот-неспособный товарищ и должен идти в научно-популярное и документальное кино, то на студию приходили невежественные люди. Я приводил пример того, как молодой человек, который работал у меня ассистентом, пытался в колхозе строить мизансцены с колхозниками, с определенным эффектным освещением и т.д. И таких примеров можно привести много.

И когда я говорил ему: что же вы делаете, ведь вы имеете дело с простыми людьми! Он отвечал, что «так нас обучали», и даже ссылался на Эйзенштейна и Пудовкина.

Все они занимаются инсценировками и пытаются жизнь подогнать под свое, не очень глубокое мышление, не замечая красоты окружающего. Это люди, которые не разбираются во многих элементарных кинематографических вопросах.

Когда мы говорим о широком профиле режиссера, мы должны давать широко образованного режиссера. Мы должны учитывать одно обстоятельство, что весь кинематограф стран народной демократии начинается как раз с документального кинематографа (Албания, Болгария), и получается так, что от нас приезжают режиссеры, которые не понимают основных вопросов документального и научно-популярного кино. Мы не должны этого допускать…» Подробнее